Никто ни в чем не виноват

“Голодные сердца”. Режиссер Саверио Костанцо.

Фильм Саверио Костанцо “Голодные сердца” снят четыре года назад, успел получить пять наград Венецианского фестиваля и Globo d’oro – итальянский “Золотой глобус”, а в российский прокат выходит в апреле 2018-го. Но восприятию фильма это совершенно не помешает, так как тема воспитания детей – из разряда вечных, а в сюжете смешиваются современность и средневековье. Ведь люди устроены так, что дремучие идеи будут царить в их головах даже тогда, когда Марс станет планетой, удобной для жизни, а информацию можно будет передавать движением брови.

Когда беременная Мина (Альба Рорвахер), придя на УЗИ, почти в ужасе спрашивает врача, навредит ли процедура ребенку, это сразу кажется немного странным. Будущим матерям свойственно тревожиться, и по такому поводу тоже, но Мина тревожится сильно, будто бы впервые узнала об этом аппарате. В одном из следуюших эпизодов муж Мины, Джуд (Адам Драйвер), будет держать на коленях Macbook: тем самым режиссер покажет, что Мина и Джуд – современные молодые люди.

Он инженер, она переводчик, познакомились они в китайском ресторане, когда их случайно заперли в туалете, и спустя короткое время уже праздновали свадьбу в русском ресторане “Volna”. Все танцевали и хохотали.

Джуд выучил для итальянки Мины песню на ее родном языке, мама Джуда (Роберта Максвелл) называла невестку ангелом, пила красное вино и сокрушалась, что сын ничего не рассказывает ей о своей жизни. Почему – станет ясно чуть позже: мама – заводчица собак и охотница, все стены ее большого дома увешаны ружьями и трофейными оленьими головами, а Джуд, в отличие от мамы и ее собак, мясо не употребляет, хотя позволяет себе рыбу, яйца и молочные продукты. А Мина не ест и этого, она веган и считает любую животную пищу грязной.

Ее убеждения становятся еще устойчивее после того, как во время прогулки девушка забредает к гадалке. Та говорит ей: “ты носишь ребенка-индиго”, и Мина верит.

Сценарий “Голодных сердец” написан по роману Марко Францозо “Ребенок индиго” – тема необычных детей, призванных спасти нашу несчастную планету, была чрезвычайно модна в конце девяностых, а сам термин придумала женщина-экстрасенс. Список свойств и умений детей индиго – низкая общительность, умение обращаться с техникой, развитый интеллект, творческие способности, склонность к депрессиям – не говорит об их высокой избранности, но многие родители приходили в восторг, обнаружив эти особенности в собственных детях, и тема индиго стала угасать лишь недавно.

Не очень понятно, что именно движет Миной – веганские убеждения или желание избранности (а может, и то, и другое), но она готовится к рождению ребенка своим способом: перестает есть, чтобы полностью очистить организм. Когда врач говорит ей, что эмбрион не развивается должным образом, она меняет врача. Запрещает делать себе кесарево сечение, хотя именно этот способ подходит для ее ослабленного организма.

Лицо Мины заостряется все сильнее, в ее глазах загорается огонь безумия – он сменяется невероятной нежностью, с которой она смотрит на своего малыша. Ребенку она тоже чистит организм; младенец питается как веган, потому что молоко у Мины пропадает довольно быстро. Он не растет, почти не плачет и в его печальных глазах словно отражается все несовершенство мира. Это, конечно, можно принять за индиго-особенности, но именно так у маленьких детей проявляется депрессия, когда они отчаиваются получить то, что им нужно.

До “Голодных сердец” у Адама Драйвера почти не было серьезных ролей; можно сказать, что его настоящая актерская карьера началась именно с этого фильма. Саверио Костанцо рассказывает не только о вечной битве веганов и мясоедов, но и о рождении отца – состоянии, которое было совсем незнакомо Джуду. Он радовался мальчику, немного играл с ним, но потом заметил, что жена вообще не выходит гулять с ребенком. Позже был диалог с врачом: “Вы вообще интересуетесь тем, что ест ваш ребенок?!” – “Ну…семена…иногда кусочки авокадо…”, после которого Джуд понял, что жизнь мальчика зависит только от него.

Он очень любит жену, настолько, что сперва не готов замечать ее странности и искренне хочет верить, что все ее “я так чувствую” в отношении ребенка действительно подсказки материнского сердца, а не сбой в психике. И потом, когда становится ясно, что цель очистить все на свете полностью захватила Мину, Джуд очень старается все наладить: объясняет жене, что детям нужны протеины, рассказывает о рекомендациях врача, ждет, когда что-то изменится. Но не меняется ничего.

Об отце Джуда в фильме ничего не говорится (возможно, это он убил всех оленей), а мать, судя по ее словам на свадьбе, не большой любитель маленьких детей – собаки ей интереснее. Судьба Мины сложнее; ее мать умерла, когда ей было два года, растил девочку отец, с которым она на момент знакомства с Джудом общаться прекратила.

Можно лишь фантазировать о том, каким было их детство, какой – юность, и чего они желают для своего ребенка. Название “Голодные сердца” намекает на то, что им обоим не хватило любви, но Джуду все же повезло больше. Мина любит мальчика исступленно, отчаянно, она хочет для него всего самого лучшего, не желая знать, что это лучшее для него просто опасно.

Узнав о том, что Джуд по совету врача кормит ребенка протертой говядиной, Мина хитрит: соглашается с тем, что протеины необходимы, но периодически прячется с ребенком в ванной и поит его из ложечки особым маслом, благодаря которому протеины не усваиваются. Джуд хитрит в ответ, говорит жене, что пойдет с сыном в церковь, и действительно идет в церковь – для того, чтобы накормить мальчика мясом и не дать Мине подобраться к нему с бутылочкой опасного масла.

Жаль всех – и сходящую с ума Мину, и растерянного Джуда, и его мать, мечтавшую о милой невестке-сообщнице, но больше всего жаль ребенка с черными, смотрящими в никуда глазами, чье безвольное тельце взрослые таскают туда-сюда.

Все начиналось с глупой туалетной истории, продолжилось взаимной любовью двух молодых людей – пусть бы они, такие милые, сражались с бедностью или предательством друзей, пусть даже старались бы победить болезнь сына, но им пришлось, не теряя своей любви, биться друг с другом, а в этом случае любая победа одновременно становится и крахом.

Герои Адама Драйвера и Альбы Рорвахер некрасивы – тем заметнее и ярче те моменты, когда они светятся от счастья, глядя друг на друга на свадьбе. Потом Мина светится еще сильнее, глядя на ребенка; она не может без него жить, но не может и отказаться от своей миссии сохранить его чистоту.

Все чувства Мины обостряются до предела и теряют оттенки, есть лишь кромешный ужас и бесконечный восторг. Ужас – когда Мина приходит в дом свекрови и видит бифштекс, который та жарит для мальчика. Восторг – когда удается украсть ребенка и отвезти его к морю. Сцена, где счастливая мать и поникший, тоскливый ребенок смотрят на волны – одна из самых ярких и сильных в фильме. Вечное море и любовь, перемешанная со смертью: уж лучше бы Мина была плохой матерью, у ее сына были бы шансы выжить.

Если Мина продолжит любить мальчика, он умрет. Если Джуд продолжит любить Мину, его сын умрет, а если он выберет сына, то умрет Мина. Мужчина не в силах разрешить эту страшную дилемму, но режиссер не зря повесил рядом с оленьими головами ружье – согласно драматургическим правилам, оно должно выстрелить…

Фильм “Голодные сердца” – неспешный и спокойный, происходящее в нем показано так, будто случилось совсем рядом, буквально в соседней квартире. Так оно и есть – ужасы наших городков, террор любовью, соблюдение правил и поедание друг друга, медленная потеря рассудка и готовность жертвовать собой ради тех, кто тебе дорог.

Детей-индиго называли еще “дети, которые знают слишком много”. Каково будет малышу, когда он вырастет и узнает свою историю (если узнает), представить трудно. Но в последних кадрах фильма маленький мальчик весело бежит по песку рядом с отцом – и ясно, что от голода он совершенно точно не умирает.

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена»
№ 7 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email