Мечта сбывается и не сбывается

“Ла-Ла Ленд”. Режиссер Дэмьен Шазелл

Всем очень хочется задыхаться от нежности. Вот почему “Ла-Ла Ленд” Дэмьена Шазелла получил семь “Золотых глобусов”. Лучший фильм среди комедий или мюзиклов, лучшая режиссура, лучшая мужская и женская роль в комедии или мюзикле, лучший сценарий, лучшая музыка к фильму и лучшая песня. То есть в “Ла-Ла Ленде”, по мнению Голливудской ассоциации иностранной прессы, лучшее практически все. Члены Американской академии киноискусства обычно разделяют выбор журналистов, поэтому очевидно, что “Оскары” у фильма Шазелла тоже будут. Пока неясно только их количество.

“Бесстрашным мечтателям посвящается” – такой у фильма слоган, и всем участникам ассоциаций и академий, видимо, тоже приятно снова представлять себя бесстрашными мечтателями, вспоминать о том, как все у них начиналось. Об этом особенно приятно вспоминать, когда все удачно продолжилось. Впрочем, те, чьи мечты не сбылись совсем, обычно наград не вручают. У них другие радости в жизни.

Фильм начинается с шестиминутного эпизода на шоссе – в сторону Лос-Анджелеса стоит огромная пробка, откровенно символизирующая плотность тех, кто хочет славы. Они начинают выходить из машин и петь, как все у них получится, и как в их родных местах все посмотрят их фильмы, послушают песни и тоже отправятся в Ла-Ла Ленд. Так ласково называют Лос-Анджелес – в русском переводе это было бы “Земля ля-ля”, название не то детское, не то издевательское.

Пока длятся пение и танцы, режиссер не дает понять, кто же будет главным героем фильма. Им в принципе может стать любой из стоящих в пробке: все хотят прорваться, всем придется за это заплатить. Миа (Эмма Стоун) и Себастьян (Райан Гослинг) тоже среди них, коротко обозначены их занятия: девушка говорит по телефону о кастинге, мужчина упорно прослушивает музыкальный отрывок. Из-за того, что они отвлекаются, едва не случается ДТП, Миа показывает средний палец, Себастьян говорит что-то оскорбительное, и будущие влюбленные улетают по внезапно освободившемуся шоссе каждый навстречу своей судьбе.

Миа работает в кафе на студии “Уорнер бразерс”, Себастьян тоже сотрудник общепита – играет на фортепиано для посетителей популярные мелодии вроде “Джингл беллс” и, задумываясь, постоянно переходит на джаз, за что его третирует хозяин кафе. Короткая сцена с сестрой Себастьяна дает понять, что характер у музыканта не лучший, не позволяет даже присесть на табуретку-экспонат – на ней когда-то сидел Хоги Кармайкл. Лаура (Розмари ДеУитт) язвительно предлагает подарить ему коврик, на который пописал Майлз Дэвис, советует заняться личной жизнью, а потом в фильме почти не появляется.

У Мии есть подруги, но тоже в первых кадрах: по улице спешит очаровательная девичья четверка в ярких платьицах – желтое, синее, красное и зеленое – играет музыка, вся жизнь впереди. Но девушки тоже скоро пропадут, будто и не было их, подруг Мии. Лишние люди исчезают, оставляя парочку вдвоем, однако дело тут, кажется, не только в том, что герои должны пройти путь, необходимый для крепкой мелодрамы. Понятие “карьера” расцветет пышным цветом во второй части картины, а аккуратный намек на него есть и в самом начале. У тех, кто стремится к славе, нет друзей. На вершину поднимаются одиночки.

Но сперва Миа и Себастьян станут очаровательной парой по всем голливудским канонам: сперва друг другу не понравятся, потом будут случайно встречаться и друг друга язвительно поддевать, потом будут опять случайно встречаться и находить общее, и так далее.

Сама судьба ведет героев друг к другу, и Дэмьен Шазелл щедро украшает эту дорогу легкими зажигательными танцами, славными песенками, уважительными поклонами в сторону разных прекрасных картин (“Шербурские зонтики”, “Касабланка”, “Давайте потанцуем”) и режиссеров – при должном настрое можно обнаружить интерес Шазелла к Годару и Бергману, при настрое более легкомысленном обнаружить атмосферную перекличку с “Амели” Жан-Пьера Жене.

Любовь движется своим чередом. Прелестным влюбленным режиссер дарит полет под куполом обсерватории Гриффита, что непременно заставит прослезиться зрителей, и кинопленку, которая плавится в момент их поцелуя. Карьера тем временем движется своим.

Себастьяна встречает старый приятель, зовет в группу клавишником, произносит монолог о том, что джаз нельзя законсервировать, поскольку это музыка будущего, и предлагает хорошие деньги. Миа нежно способствует изменениям. Теперь у нее есть возможность не бегать по кас-тингам в плохие медицинские и полицейские сериалы, куда ее упорно не берут, а сесть дома и работать над пьесой.

Бесстрашным мечтателям приходится прекратить мечтать и начать что-то делать. Себастьян честно играет ту музыку, которую предлагает старый приятель, и ведет жизнь популярного музыканта – туры, фотосъемки, запись диска. Они почти не видятся с Мией, а ехать в гастрольный тур она не хочет, ведь надо репетировать написанную пьесу-монолог, а без декораций это невозможно (хотя всех декораций – тумбочка, стул и шкафчик).

В их жизни начинается новый танец, совсем непохожий на пируэты в стиле Фреда Астера и Джинджер Роджерс. Он тяжелый, кривой, неуклюжий и называется “Два творческих человека”. Смешные моменты с кастингов, а также тот факт, что за шесть лет у нее не было ни одной роли, уже показали – Миа не самая лучшая актриса, и Эмма Стоун великолепно это доказывает, изящно в этих пробах переигрывая и недоигрывая. Но и ее пьеса о родном крохотном городке (о чем же еще писать первую пьесу начинающему драматургу из крохотного городка) проваливается. И когда после этого провала Миа говорит: “Все кончено!”, то это можно отнести и к ее мечтам об успехе, и к отношениям с Себастьяном, который не пришел на премьеру из-за очередной фотосъемки.

Подействует данное событие на них по-разному. Себастьян решит бросить группу и вернуться к своей мечте: джаз-клубу с табуреткой Кармайкла на почетном месте. Миа же сделает новое па в тяжелом танце. Ей выпадет счастливый билет, экспериментальный фильм без сценария, съемки в Париже, и она выберет съемки. И то, что герои расстанутся, связано вовсе не с тем, что так уж трудно ждать друг друга со съемок и с гастролей, а с тем, что каждый из них понял – цель важнее любви. В конце концов, в песенке из лос-анджелесской пробки героиня тоже расставалась со своим парнем ради великой поездки за своей мечтой.

У мюзикла должен быть хэппи-энд и в “Ла-Ла Ленде” он тоже есть – не совсем ожидаемый, но вряд ли можно сказать, что этот конец не счастливый. У Себастьяна свой клуб, с той музыкой, которую он и хотел. У Мии – афиши по всему городу и новая роль, а еще симпатичный муж и маленькая темноволосая дочка. У обоих – еще одна случайная встреча. Во время этой встречи Себастьян играет свою мелодию, которая когда-то так нравилась его любимой, и проносится перед глазами обоих другой вариант их жизни: вот пьеса Мии имеет бешеный успех, и Себастьян в зале, отчаянно аплодирует; вот они радуются первым шагам белокурого кудрявого мальчика; вот они, оставив мальчика с няней, отправляются вечером поужинать – точно так же, как отправлялась вместе с мужем Миа, оставив с няней девочку.

И здесь можно, конечно, разрыдаться от сочувствия, но можно этого и не делать. Во-первых, девочка ничуть не хуже мальчика. А во-вторых, героев развела вовсе не злая судьба, а почти что взаимная договоренность, и каждый получил свое. В этом есть определенный цинизм, который не дает “Ла-Ла Ленду” превратиться в сентиментальное путешествие на машине времени и оживляет фильм даже больше, чем пение и танцы.

А так вместо мальчика темненькая девочка плюс главные роли и джазовый клуб. Минус любовь. И это, как показывает Шазелл, не смертельно.

Жанна СЕРГЕЕВА

Кадр из фильма “Ла-Ла Ленд”
«Экран и сцена»
№ 1 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email