Страсть к разрывам

Фото Sanne PeperЛюк Персеваль, один из фаворитов “Сезона Станиславского”, показал на фестивале спектакль “Год рака”, поставленный режиссером минувшей весной в голландском Театре “Toneelgroep”.

В качестве литературного материала взят роман Хюго Клауса, бельгийского автора, писавшего на фламандском, хорошо известного на Западе. Его стихи и проза переводились на русский язык, однако читательской популярности Клаусу не принес-ли. Люк Персеваль называет “Год рака” одним из любимых романов, хотя, как всегда в своих работах, пользуется помощью драматурга-адаптатора, в данном случае Петера ван Краага.

История любви двух персонажей – они названы здесь Она и Он – рассказывается минимумом слов. Текст в спектакле кажется необязательным: он лишь комментарий к тому, что делают герои на сцене. Смысл же передается пластикой, танцем (хореограф Тед Стоффер), и движения эти комичны, абсурдны, парадоксальны, поскольку речь идет не о молодой паре, а о двух не очень красивых и уж точно не очень счастливых людях, накопивших опыт разочарования, прежде всего в интимной жизни. Имитируя любовный акт, герой и героиня совершают забавные подпрыгивания, перед соитием он отводит руки назад, как ныряльщик с вышки в бассейне. Она в приступе страсти засовывает ногу в его брючину. Как бы ни были смешны эти прыжки на грани гэгов – начало отношений кажется наконец-то обретенным счастьем близости. Замужняя женщина признается в том, что “ТАК ей еще никогда не было”. Да и мужчине постепенно становится ясно, что он нашел настоящую любовь.

Однако спектакль Люка Персеваля о счастье быстротечном, кратком, иллюзорном. Время в пространстве режиссерского решения играет важную роль. Не только потому, что, едва возникнув, страсть начинает угасать, становиться привычкой. Время словно подстегивает героиню. Замечательная актриса Мария Краакман играет женщину, которую манит страсть к разрывам. Убегая от партнера, возвращаясь к нему снова, она лишь убеждается в тщетности попытки удержать любовь. Ее метания конвульсивны, ее поиски понимания, опоры обречены. Отношения, еще недавно казавшиеся спасением, заходят в тупик.

Герой (в великолепном исполнении Гейса Шолтена ван Ашата) не в силах противостоять краху любви, по природе своей он склонен подчиняться обстоятельствам, предоставляя carte blanche героине.

Розовые резиновые куклы из секс-шопа, подвешенные над сценой (постоянный соавтор Персеваля – художник Катрин Брак), воспринимаются как ухмылка над персонажами, вообразившими, что чувства могут уберечь от одиночества. Контрапунктом к дразнящему оформлению становятся импровизации композитора Йеруна ван Веена. Сидящий за роялем в непосредственной близости от артистов пианист сопровождает спектакль то меланхоличными, то тревожными мелодиями. Как когда-то в “Отелло”, звуковой ряд – своего рода драматургия, призванная рассказать о свойствах страсти языком музыки.

Время неумолимо. Так до конца и не разобравшись в себе и в том, кем была в его жизни Она, Он получает известие о смерти героини от рака.

В новой работе режиссера нет правых, нет и виноватых. “Истина, – как писала когда-то о персонажах другого спектакля Люка Персеваля Александра Тучинская, – в каждом человеке, в его свободном выборе даже на грани безнадежности”.

Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

Фото Sanne Peper

«Экран и сцена»

№ 23 за 2016 год.
Print Friendly, PDF & Email