Всемирный Канск

Кадр из фильма “Другой”
Кадр из фильма “Другой”

В конкурсной программе XIX Международного Канского видеофестиваля (Красноярский край) – 38 документальных, анимационных и игровых короткометражек из 18 стран. Фестиваль, как и прежде, состоялся в последнюю неделю августа, но в этом году проходил онлайн. Канский задумывался в пику другим фестивалям, поэтому в первые годы оргкомитет не принимал фильмы на кинопленках – только видео. Сейчас носитель может быть любым, но по-прежнему это фестиваль видео-арта, альтернативного и экспериментального кино. Новейшие или необычные техники, либо классическая форма, но с неожиданным поворотом сюжета. “Мы на пограничном поле между кинематографом и contemporary art. Воспринимаем фестиваль не как результат, а как процесс, не являемся частью киноиндустрии, в том числе и фестивальной”, – уточняет арт-директор фестиваля Надежда Бакурадзе.

Конкурсанты – со всех континентов, за исключением Африки. Но в африканских локациях португальские режиссеры Лукас Бергер и Марио Гайо де Карвальо сняли “Цирковые движения”, фильм, занявший третье место. В Эфиопии есть цирк “Дэбрэ-Бырхан”, выполняющий социальную миссию: среди нетронутых цивилизацией ландшафтов – гор, водопадов, озер – цирковым искусствам учатся представители социально незащищенных слоев населения. Как ни банально прозвучит, даже на экране монитора картинка выглядит так, что дух захватывает и кружится голова. Эти пейзажи – естественные декорации для акробатов и жонглеров из народа, работающих на профессиональном уровне. Артистизм и витальность циркачей рифмуются с первозданной природой и звучат мощным гимном жизни, не нуждающимся в нарративе.

Вдали от цивилизации, только уже в Азии, живут и герои игровой иранской ленты “Другой” (режиссеры Саман Хоссейнпур и Ако Зандкарими). И снова незнакомая цивилизация, нездешние лица, непривычные для европейского глаза постройки, пейзажи, цвета. Даже воздух какой-то иной. Но здесь величественная и безмолвная природа усиливает отчаяние главного героя, похоронившего жену и заметившего у ее могилы незнакомца – вероятно, любовника. В основе фильма лежит литературный источник, однако герои обходятся почти без слов.

Американка Линн Бианчи сделала трехминутный фильм “Звездно-полосатый Брайтон-Бич”, удостоенный особого упоминания жюри. Саундтрек – хит Юрия Антонова 1981 года “Море, море”. Статичный кадр, почти фотография: упомянутый в названии фильма пляж. Не сразу замечаешь, что в глубине среди неподвижных предметов и человеческих фигур полощется на ветру звездно-полосатый флаг. На переднем плане замершая женщина в открытом купальнике. То, что казалось натуралистичной цветной татуировкой на ее спине, вдруг оживает – тусуются пляжники, гордо реет другой флаг, красный. Метафора “внутренней” американской России, русской диаспоры.

Любительский черно-белый снимок, найденный у букиниста – отправная точка для победившего в номинации “Лучший российский фильм” Михаила Железнякова. В центре фотографии застыл трогательный щенок – с крупного плана собачки и начинается видеоповествование с закадровым комментарием Михаила. Потом в кадре возникают лица молодых мужчин, один из них держит щенка на коленях. Дальше перед зрителями предстает вся фотография. Нельзя не согласиться с режиссером, что этот снимок – история про дружбу. Но есть детали, которые Михаил поначалу заретушировал. На экране появляется фотография в первозданном виде, у парней на рукавах видна фашистская свастика. Смысл кардинально меняется: перед нами начинающие убийцы и собака, которую растят, чтобы рвать в клочья людей. Фильм называется “Ревизия”.

Австралиец Эшли Старки свой фильм “Рокана” сделал из мусора – железок, дощечек, осколков стекла, найденных на заднем дворе. В фильме они утрачивают бытовое измерение, превращаются во что-то другое. Эти детали вальсируют в кадре, образуя узоры. Как в калейдоскопе, только нетривиально, со смыслом. “Видеомантра” – так Старки определил жанр своей работы на обсуждении. “Рокана” – то ли самый архаичный, то ли самый авангардный участник конкурсной программы.

В этом году победителей определяли основоположник соц-арта Александр Меламид, историк Анатолий Голубовский, арт-критик Владимир Дудченко, американский режиссер Том Демикко. Гран-при – Золотой пальмовый секатор – присудили документальному фильму “Со-мужья”, исследующему фратернальную полиандрию – форму многомужества, при которой несколько братьев женаты на одной женщине. Непальский режиссер Ганеш Пандай снял историю о своих соотечественниках. Много-мужество, продиктованное экономическими причинами, сохранилось в горных районах Непала. И опять невероятной красоты пейзажи; быт деревенских жителей, почти не меняющийся на протяжении столетий. В кадре живут и рассказывают о себе участники таких браков. Некоторые оставили жен, навязанных родственниками, и покинули деревню. Такие изгои, как правило, с трудом держатся на плаву. Впрочем, рыночная экономика постепенно разрушает институт многомужества.

Канский фестиваль – глобальный мультижанровый перформанс. Каждый раз участники создают в Канске арт-объекты (в этом году – “Канск везде” на железнодорожном вокзале), совместно сочиняют и воплощают новые проекты. Главная инновация нынешнего, коронавирусного, года – Сопромат-ТВ. Так называется youtube-канал, где 7 дней 24 часа в сутки транслировались конкурс-ные короткометражки, видеолекции о современном искусстве, собственные “Канские новости” и фильмы внеконкурсной программы, в том числе и полный метр. Почему телевидение назвали в честь сопротивления материала и о внеконкурсных показах – в одном из следующих номеров.

Андрей НОВАШОВ

«Экран и сцена»
№ 18 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email